Всё только начинается!

112_02.jpgЭкспериментальный образец процедурного тренажера легкого транспортного самолета нового поколения Ил-112В, созданный в ЦНТУ «Динамика», дает в руки его эксплуатантам современный инструмент, который делает доступным целый пласт важных исследований в области выбора и оптимизации параметров системы управления самолета.

О возможностях нового оборудования и задачах, которые предстоит решать с его помощью разработчикам самолета, мы беседуем с заместителем Главного конструктора по аэродинамике, динамике полета и системе управления ОАО «Ил» Ольгой КРУЛЯКОВОЙ и шефпилотом ОАО «Ил», летчиком-испытателем Николаем КУИМОВЫМ.

ФОРУМ: Ольга Валентиновна, Ваше мнение по поводу этой работы, все задачи удалось выполнить?

Ольга КРУГЛЯКОВА: Да, конечно. Чтобы вы правильно понимали, для нас это не новый стенд, а восстановление того оборудования, с которым мы работали на предыдущем этапе проекта создания самолета Ил-112В. У нас была кабина, была другая система визуализации, другая система загрузки. Все это очень помогало нам в работе, стенд был предназначен не столько для летчиков, сколько для инженеров, которые занимались исследованием устойчивости и управляемости самолета и определяли его характеристики, исследовали систему управления. Только после того, как эта работа заканчивается, на стенд приходят летчики.

За то время, когда программа по инициативе Министерства обороны была остановлена, стенд пришел в полную негодность, провода сгнили, визуализация перестала работать, система загрузки тряслась, в общем, все пришло в упадок. На новом этапе контракта по самолету стал вопрос о том, что пилотажный стенд крайне необходим в нашей работе. Более того — пилотажный стенд прописан во всех нормативных документах, связанных с проектированием и подготовкой самолета, в качестве одного из обязательных инструментов его разработки. И поскольку Министерство обороны заказало весь обучающий тренажерный комплекс для самолета Ил-112В компании «Динамика», то возникла идея в рамках этого договора восстановить и наш пилотажный стенд.

Очень долго решались вопросы, связанные с договорными отношениями, время шло, а сроки по восстановлению стенда были очень жесткими. В итоге все получилось, и я считаю, что специалисты «Динамики» большие молодцы, потому что они практически за 3 месяца смогли сделать работу, на которую обычно требуется 7-8 месяцев. То, что это не обучающий тренажер, а экспериментальный образец — для нас это только плюс, а для «Динамики» — возможность отработки каких-то технических решений для создания всей будущей линейки тренажеров, так что здесь наши интересы пересекаются.

Ф. Какие системы пилотажного стенда были обновлены в процессе этой работы?

О.К. Прежде всего, была полностью восстановлена кабина, которая сейчас выглядит просто как новая. Изготовлены новые мониторы, на которые выводится пилотажная информация, естественно, предварительно были согласованы те кадры МФИ, которые нужны нам в первую очередь. Да, конечно, сейчас пока в кабине стенда не в полном объеме показывается та информация, которая впоследствии будет присутствовать на реальном самолете, и, тем не менее, основная ее часть сделана. Кроме того, была заменена система загрузки органов управления, она сейчас новая, и когда заходишь в кабину, это просто небо и земля по сравнению с той, что была раньше. Я считаю, что это действительно очень хорошо выполненная работа.

Ф: На прежнем стенде была установлена проекционно-экранная система визуализации, а теперь — оптико-коллимационная. С чем было связано решение сменить тип системы визуализации?

О.К. Это решение было принято по согласованию с «Динамикой». В целом идея была такая: мы не настаивали на каких-то конкретных решениях, я вообще большой противник такого подхода, когда заказчик навязывает исполнителю какие-то технические решения. Задача заказчика — грамотно сформулировать то, что он хочет получить, а исполнитель уже сам должен решать, каким образом он будет выполнять эту задачу. У нас эта борьба идет и при написании ТЗ на самолет, и мне часто приходится «воевать», когда нам навязываются конкретные технические решения. Подход должен быть, на мой взгляд, совершенно другой: «Вы хотите получить вот это? Хорошо, мы самостоятельно решим, как это лучше сделать». Когда ТЗ на эту работу было написано, в нем была четко сформулирована задача восстановления предшествующего пилотажного стенда. Правда, его переименовали в процессе этой работы в экспериментальный образец процедурного тренажера, но на самом деле это как был по сути своей пилотажный стенд, так им и остался. И именно «Динамика» нам предложила новую систему загрузки, новую систему визуализации и другие решения. Для тех, кто занимается исследованием устойчивости и управляемости, тип системы визуализации не так важен, это больше важно пилотам. Пока я не услышала от нашего шеф-пилота ни одного замечания, он сегодня первый раз «летает» на стенде и по визуализации у него вопросов не возникло. Есть вопросы по загрузке, по модели динамики самолета, со всем этим мы еще будем разбираться, но в целом впечатление хорошее. Главное то, что в довольно сжатые сроки была выполнена работа, которая позволит теперь нам вплотную приступить к следующему этапу проекта.

Ф: Кто разрабатывал математическую модель динамики самолета?

О.К. Я всегда говорю, что именно математическая модель, а не кабина и не визуализация является сердцем пилотажного стенда, как и тренажера. Математическая модель Ил-112В — это полностью наша собственная разработка. Разумеется, мы ее адаптировали под ту среду, в которой работает «Динамика», прописали вместе с вашими специалистами все протоколы обмена между системами и т.д.

Надо сказать, что в свое время мы делали совместно с фирмой СКТ тренажер экипажа самолета Ил-96-300, так что все этапы школы гражданского тренажеростроения мы прошли полностью. Мы делали модель динамики для тренажера Ил-96-300, которая включала все необходимые данные по автопилоту, полный банк аэродинамических характеристик самолета, модель системы управления, модель шасси, модель всей автоматики и так далее, все это было завязано в единый комплекс. К тому времени самолет Ил-96-300 уже прошел летные испытания. Мы выпустили документ, который называется QTG, в котором прописываются режимы полета самолета и степень сходимости параметров реального самолета и математической модели динамики полета, заложенной в тренажер. Это так называемые квалификационные тесты, необходимые для того, чтобы провести квалификационную оценку пилотажного тренажера в соответствии с определенной категорией. Для всех режимов полета, прописанных в этом документе, оцифровались результаты летных испытаний, которые сравнивались с результатами моделирования динамики полета, после чего этот документ, как и сама модель, были переданы разработчику тренажера. И надо сказать, что на тот момент, когда самолеты Ил-96-300 еще эксплуатировались в «Аэрофлоте», мы имели самые высокие оценки летчиков, касающиеся сходимости модели и самолета, и тренажер был сертифицирован по высшей категории сложности.

В отношении военного самолета Ил-112В все принципиальные подходы к созданию математической модели остаются теми же, с той лишь разницей, что пока мы не имеем данных летных экспериментов и можем опереться только на результаты продувок, на основании которых мы эту модель сделали. Сейчас на стенде летчик оценивает качество модели, говоря другими словами, оценивает то, как теоретически должен летать самолет. Как только начнутся реальные полеты, мы начнем сверять ту аэродинамику, которая заложена в нашу модель, с той, что есть в реальном полете, и те характеристики системы управления, которые будут — с теми, что мы имеем сейчас.

Ф. Какие-то конкретные задачи уже можно решать с помощью нового стенда?

О.К. Разумеется. Если до этого мы считали все характеристики только на бумаге, то теперь, когда все это заведено в модель стенда и уже есть реальные органы управления, мы начинаем совместную работу с летчиками. Мы говорим «да, все хорошо», а после этого приходит летчик и говорит, что ему что-то неудобно, не нравятся какие-то конкретные вещи, например, слишком большие или наоборот недостаточные усилия на органах управления и так далее. И мы будем все это исправлять до тех пор, пока все характеристики устойчивости и управляемости для летчика не окажутся приемлемыми. Возможно, для этого нам придется менять что-то и в системе управления, это совершенно нормальный процесс. После этого на стенд будут приходить летчики уже для того, чтобы готовиться к первому полету, такая практика используется на протяжении более 20 лет, просто качество самих стендов раньше было другим. Сейчас мы как раз показывали нашему шеф-пилоту условия первого вылета, программа которого уже подготовлена, и именно в этих условиях он сейчас «летал» на стенде.

Разумеется, мы будем приводить разных летчиков на стенд, это очень важно, поскольку мнение летчиков относительно работы тех или иных систем самолета часто расходится. К примеру, кому-то нравится, как работает автомат парирования отказа двигателя, а кому-то нет, со всем этим нужно разбираться, и конечно, мы будем это делать с помощью нового стенда.

Для нас этот исследовательский стенд — основной рабочий инструмент, так что все только начинается!

Ф: Николай Дмитриевич, расскажите о Ваших впечатлениях об исследовательском стенде самолета Ил-112В, созданном в ЦНТУ «Динамика». 

Николай КУИМОВ: Для нас прежде всего важно то, что на стенде смоделирована именно та кабина с цифровыми многофункциональными индикаторами, которая будет на реальном самолете. Кроме того, стенд дает возможность исследовать и регулировать загрузку органов управления во всех трех каналах, позволяет моделировать характеристики устойчивости и управляемости самолета Ил-112В. Это позволит нам получить на стенде те характеристики, которые будут соответствовать реальному самолету, а это уже в свою очередь даст нам возможность начать безопасно выполнять летную программу.

Ф: Каковы Ваши впечатления о новой системе визуализации?

Н.К. Что касается системы визуализации стенда, то коллиматоры, конечно, дают качественное изображение. Однако, на мой взгляд, четырехоконная система имеет один недостаток — ограниченную боковую видимость. Особенно это чувствуется, когда выполняется имитация разворота самолета в сторону, противоположную от кресла летчика. В принципе для исследовательского стенда это не слишком критично, а вот для тренажера, который будет использоваться для обучения, очень важно будет иметь более широкое поле обзора по горизонтали, соответствующее реальному обзору, видимому каждым летчиком из кабины.

В целом же я считаю, что мы получили в руки хороший инструмент для исследований, но впереди еще много работы, и нужно доводить ее до конца. Прежде всего, с помощью стенда будет проводиться отработка систем управления самолетом и штурвального управления, проверка решения функциональных систем авионики, оценка характеристик устойчивости и управляемости самолета Ил-112В. Будет проводиться поиск соответствия параметров системы управления полетом тем требованиям, которые предъявляются к самолетам такого класса, главным образом — к характеристикам устойчивости и управляемости. Моделирование полета на стенде позволит нам отыскать те значения усилий и расходов рулей, которые соответствуют этим же характеристикам на реальном самолете. Ну и, конечно, стенду отводится важная роль в процессе подготовки к первому полету самолета.

Ф. Какая-то доработка стенда обычно требуется в процессе его эксплуатации?

Н.К. Будем так говорить: это ведь не тренажер, который позволяет летчику получить опыт и ощущения, максимально приближенные к тем, что он испытывает в реальном полете. У стенда совсем другая задача, исследовательская. Прежде всего, с помощью этого инструмента идет поиск оптимальных значений той загрузки, которая должна быть на реальных органах управления самолетом. Функций тренажера здесь нет, или они ограничены, поэтому задача доработки стенда до каких-то точных параметров реального самолета не стоит, просто потому, что цели у этого оборудования несколько другие.

Беседовала Светлана ПОПОВЬЯН

 


Статьи номера

Назад